Регулярные парки - Воронихинские колоннады

По обе стороны канала, замыкая площадь перед Большим каскадом, расположены изящные павильоны, так называемые Воронихинские колоннады. На гранитном основании покоятся гранитные лестницы с установленными по бокам фигурами лежащих львов. Они ведут в галереи, украшенные восемью парными колоннами. Беседки увенчаны полусферическими золочеными куполами. Наружные стены их облицованы мрамором и прорезаны большими оконными проемами. Обнесенные мраморными балюстрадами, плоские крыши галерей служат бассейнами, в которых помещены три бронзовые золоченые чаши с фонтанами. 
Клокочущий клубок воды поднимается на сверкающих куполах. Под окнами беседок установлены овальные мраморные бассейны. Вырвавшись с вершины купола, вода омывает их и через полукруглый проем с двойной стенкой падает в бассейн, закрывая широкой завесой венецианские окна. Петр I придавал исключительно важное значение оформлению центральной части парка. В мае 1722 года по проекту Н. Микетти здесь начали строить «галереи маленькие с каморками», предполагая убрать их скульптурой и фонтанами. 
Деревянные галереи были сквозными с плоскими крышами. В 1724 году в восточной галерее поместили весьма своеобразный музыкальный инструмент. Он назывался «Колокольней, которая ходит водою», или «Клокшпилем». Петергофские водяные куранты имели довольно сложное устройство, – их стеклянные колокола звучали под действием падающей воды. 
В погребе галереи было установлено насаженное на дубовый вал деревянное наливное колесо с прикрепленными к валу пробковыми молоточками, обтянутыми кожей. Поступавшая из Квадратного пруда Верхнего сада по трубе вода падала на колесо и приводила его в движение. Молоточки ударяли по подвешенным стеклянным колокольчикам, подобранным по тонам, и повсюду разливался тихий, мелодичный звон. 
Идея строительства курантов принадлежит Петру I. К их изготовлению были привлечены лучшие архитекторы и мастера различных специальностей. Так, 4 марта 1723 года архитектор Д. Трезини сообщал в Канцелярию от строений, что он по царскому указу изготовил модели колоколов для курантов в Петергофе. С утвержденными образцами «колокольной и игральной музыки» мастер Ферстер выехал в Ямбург на стекольный завод. 
Согласно архивному реестру 3 июля о поездке Ферстера в Ямбург упоминается, что к петергофским курантам необходимо было изготовить 88 колоколов, но он их заказал больше «для того, что когда будет их приводить в согласие, то из оного числа некоторые могут разбитца и чтоб было в запасе». В 1724 году куранты были установлены. Сложный механизм нуждался в постоянном присмотре и обновлении. Уже 3 мая 1729 года архитектор И. Мордвинов сообщал, что в «Петергофе у клокшпиля вал чрез долгое время и мокроту згнил и играть на оном невозможно». Количество колоколов на музыкальной звоннице менялось. 
Осматривавший куранты в 1736 году мастер отметил, что «в хрустальной колокольне, которая ходит водою, из погреба машину вынуть, дабы не гнила, а имеющиеся на той колокольне колоколов пятьдесят шесть надлежит соломой обвертеть, чтоб не лопнули от зимней стужи». Другой, не менее оригинальный водяной музыкальный инструмент появляется в Нижнем парке в 40-х годах XVIII века. 12 июня 1744 года в Канцелярию от строений явился «цесарской нации органный мастер» Бальтазар Фрис, предложивший установить в Петергофе, в западной галерее, «органную игру, а при ней егерскую штуку». 
Мастер Фрис украсил новый музыкальный инструмент фигурами: собаки, с лаем преследующие оленя; охотник, трубящий в рог; два сатира, играющие на флейтах; двенадцать птиц, певшие «как бы живы были». 12 июня 1745 года мастера, принимая работу Фриса, записали в своем заключении: «Хотя при тех органах егер, олень, собаки и птицы сами голосом не действуют, а действуют за них по их голосу приведенные от мехов трубки исправно, то принять в числе его обязательства и деньги выдать сполна». Подобно курантам, «егерская штука» играла сжатым воздухом от кузнечных мехов, приводимых в движение водяным колесом. 
В 1760 году «игральной музыки» подмастерья Иван Полянский и Михаил Кузовлев добавили к органу «самоиграющий клавицен» с медными и стальными струнами. Какова дальнейшая судьба этого уникального собрания водяных музыкальных инструментов? Сложные инструменты требовали ухода и ежегодного ремонта. Делать это могли лишь мастера, знакомые с их конструкцией. Но найти опытных мастеров было не так-то просто. 
28 апреля 1799 года управитель Петергофа полковник Бибиков сообщал в Гофинтендантскую контору, что состоявший при Клокшпиле и органах мастер Василий Михайлов «волею божиею помре». В том же донесении указывалось, что водяные музыкальные инструменты разобраны, состоявший при мастере ученик Симеон Степанов «установить их знания не имеет, а по Петергофу такого мастерства людей не имеется». Мастеров отыскать не удалось. 
Об устройстве этих необычных инструментов сейчас мы можем судить лишь по отрывочным архивным документам и воспоминаниям современников: не сохранилось ни чертежей, ни зарисовок музыкальных машин. От Клокшпиля, или водяных курантов, уцелел лишь один колокол (находится в экспозиции Государственного Русского музея в Санкт-Петербурге). В 1800 году обветшавшие деревянные галереи, или как их тогда называли «гармоники», сломали. 
На этом месте по проекту А. Воронихина на гранитном фундаменте строятся колоннады из кирпича и пудостского камня. К этому времени части музыкальных инструментов были потеряны, а в связи с упрощением убранства парка их не стали устанавливать в новых сооружениях. Архитектор Воронихин, сохраняя основные пропорции существовавших «гармоник», увеличил высоту боковых беседок и поместил над ними обнесенные парапетом ступенчатые купола, покрытые листами золоченой латуни. 
К чашам и к вершине куполов подвели воду, тем самым включив колоннады в общий комплекс фонтанных сооружений центральной части Нижнего парка. Необходимые для открытых галерей колонны из серебристо-серого сердобольского гранита использовали от разобранной в Царском Селе Круглой беседки, а недостающие изготовили вновь. Декоративное оформление галерей было осуществлено лучшими скульпторами России того времени. По моделям И. Мартоса отлили 16 гипсовых барельефов. 
У входов в галереи по сторонам лестниц поместили 8 фигур львов, высеченных из гранита Г. Копыловым по моделям И. Прокофьева. Водоподводящее устройство колоннад выполнил фонтанный мастер Ф. Стрельников. За проект фонтанных галерей Академия художеств присвоила А. Воронихину звание архитектора. 
В1804 году комиссия, принимавшая построенные фонтанные колоннады, в своем рапорте отметила, что они являются «в первый раз в своем роде в России зданиями». В 1853-1854 годах по проекту А. Штакеншнейдера колоннады были перестроены. 
Мастера Петергофской гранильной фабрики облицевали их мрамором, изготовив для них плиты, пилястры, карнизы, балюстрады и полукруглые бассейны. При облицовке здания второй ряд колонн, со стороны залива, заложили глухой стеной, изнутри также покрытой мрамором. Штакеншнейдер, перестраивая галереи, упростил их отделку: убрал барельефы, изменил форму чаш, а ступенчатые купола сделал гладкими. 
Во время войны взрывами бомб и снарядов мраморная облицовка колоннад была повреждена. Фашисты похитили вазы и медную золоченую обшивку куполов. В первые послевоенные годы были проведены работы по предотвращению дальнейшего разрушения колоннад. С 1950 года началась их реставрация по проекту архитектора А. Гессена. Купола покрыли медными золочеными листами, изготовили шесть чаш. Недостающие детали из мрамора сделали на камнеобрабатывающем заводе в Санкт-Петербурге. Воронихинские колоннады-фонтаны были введены в действие в 1965 году. 
Разработчик:Территория SlavSSoft