Регулярные парки - Дворец «Монплезир»

Осмотрев фонтан «Елочка», можно возвратиться по широкой аллее к памятнику Петру I и по ней же пройти далее, к низкому кирпичному зданию, стоящему на самом берегу залива. Это – «Монплезир». 
Замысел постройки дворца принадлежит Петру I. Сохранились собственноручные рисунки царя с общей планировкой этого сооружения и садом перед ним. С 1710 года на указанном Петром I месте начали делать искусственный мыс. По контуру предполагаемого здания возвели стену, оградив ее булыжником и валунами от ударов морских волн. 
На огражденном морском дне построили подвальную часть дворца, фундамент которого оказался на уровне сада. До решения вопроса – какой дворец строить, на этом месте был возведен временного характера небольшой деревянный дом. 2 мая, после просмотра перечня работ на лето 1714 года, Петр I дописал: «В Питергофе зделать палатки маленькие по данному текену» (образцу). И уже 17 мая на готовом фундаменте мастеровые люди, присланные из Москвы, начали класть стены. Работами руководил поручик Никита Остафьев. 
Автор проекта «Монплезира» долгое время не был установлен. Только благодаря изысканиям одного из знатоков памятников Петергофа – Н. И. Архипова выяснилось, что главная роль в создании ансамбля «Монплезира» принадлежит немецкому архитектору и скульптору Андреасу Шлютеру. Он приехал в Россию в 1713 году. Имя его было окружено ореолом славы, и Петр I возлагал на зодчего большие надежды. За свою короткую жизнь в Петербурге Шлютер составил много планов, в том числе проект и модель дворца «Монплезир». 
Однако многие детали в художественной отделке дворца решались самим Петром I. В первые два с лишним года строители возвели и частично отделали корпус с большим парадным залом, кабинет царя и жилые помещения. Он получил название «Голландского домика». С 1717 года начался второй этап строительства дворца – внутренняя отделка, возведение галерей, планировка сада с южной стороны. Возле дворца появились подсобные здания для конвоя и прислуги, церковь, 
поварни, конюшни, кузница, теплицы. Менажерейный пруд, где ныне фонтан «Солнце», и вольеры также входили в комплекс сооружений «Монплевира». Здесь предполагался зверинец. Полностью комплекс «Монплезир» был готов лишь к лету 1723 года. Первые описания дворца мы находим у иностранных гостей, бывших на царских приемах в Петергофе. Так, французский посол Кампреден, побывавший в 1723 году на торжественном открытии резиденции в Петергофе, писал своему королю: 
«Царь и принц поместились в маленьком домике, построенном в саду, на берегу моря, и названном «Монплезир» в подражание подобному домику вблизи Берлина. Туда же царь повел нас прежде всего и показал там все комнаты. Они малы, но очень удобны и заметно подражание голландским экономии и опрятности в кухнях, а также и в вымощенной террасе на берегу моря, осененной липами, подобно гаагским каналам. В комнатах есть очень хорошие картины… В дом входят через сад, прекрасно содержанный». 
«Монплезир» по своему внешнему виду мало чем напоминал пышные дворцовые постройки в резиденциях европейских монархов. В архитектуре его отчетливо видны следы практичности, деловитости, что характерно было для построек, увиденных Петром I в буржуазной Голландии. Предполагается, что, по замыслу царя, этот домик должен был стать местом будничных занятий царя, куда можно было бы удалиться от официальной придворной жизни, ради которой строились парадные Верхние палаты. 
Здание сложено из кирпича. Неоштукатуренные стены имеют несколько суровый вид и оживляются лишь белой окраской швов рустованных пилястр. Морской фасад дворца четко делите на три части. Средняя часть, или основной корпус, выступает в сторону залива. Она увенчана четырехскатной шатровой крышей с резной вазой. Большие широкие окна и дверь, идущая почти от самой земли, заполняют весь фасад. К центральной части симметрично примыкают сквозные галереи с двускатной крышей, вдоль которой тянется низкая деревянная балюстрада. В стенах – семь окон с чередующимися между ними декоративными нишами. 
Боковые галереи замыкаются маленькими павильонами – люстгаузами. Они имеют стройные окна-двери с декоративными нишами по сторонам, двухъярусную кровлю, завершенную резным световым фонариком. Стеклянная дверь выводит из дворца на террасу, вымощенную небольшими клинкерными кирпичами, поставленными «на ребро». Вся терраса перед дворцом ограждена белой массивной балюстрадой, которая повторяет очертания морского фасада «Монплезира», подчеркивая слитность сооружения с морем. 
В балюстраде сделан выход к морю. На террасе перед галереями находятся небольшие цветники с установленными на пьедесталах мраморными статуями Амфитриты (мифологическая владычица морей) и «Лето» – женская фигура, олицетворяющая время года. Южный фасад дворца, обращенный к парку, вытянут в одну линию. Его длина 67 метров. Семь застекленных окон-дверей наполняют домик светом и придают зданию особую легкость. 
Фасад галерей состоит из 16 мелкоостекленных окон, спускающихся до земли и завершенных арочными фрамугами. Окна разделены тонкими рустованными пилястрами, несущими карниз. Ширина окон уменьшается от середины галерей к центру здания и люстгаузам. Пол во всем здании сделан на одном уровне с садом и террасой; доходящие до полу окна галерей служат одновременно дверями. На южных фасадах люстгаузов заметны следы декоративной росписи, изображающей деревья. 
Живопись эта была выполнена согласно указанию Петра I и в последующие годы неоднократно переписывалась при всех ремонтах фасадов. Так, 11 сентября 1823 года архитектор Броуэр в отчетах о работах показал: «В Монплезире с наружной стороны, по двум концам галерей, беседок стены росписаны под лес». По-видимому, это была одна из затей, создававшая иллюзию продолжения «огибных» дорог, или зеленых коридоров, которые вели от люстгаузов к «шутейным фонтанам». 
Так выглядит любимый дворец Петра I сейчас, так он выглядел и двести с лишним лет назад. Надо заметить, что при возведении дворца качество строительных работ, несмотря на несовершенную технику, было превосходным. Пережив все невзгоды, «Монплезир» сохранился до наших дней. Особый интерес представляет конструкция главной части здания. Стены его толщиной в один кирпич служат опорой для дубовых балок, перекрывающих пролет длиной почти 8 метров. 
Большие, сплошь застекленные окна дворца и галерей, занимающие площадь около 300 квадратных метров, свидетельствуют о широком введении в практику строительства такого материала, как стекло. Центром дворца является Парадный зал. Он расположен во всю ширину главного корпуса и имеет два выхода – на морскую террасу и в сад южной стороны. Компактно по бокам его расположено по три небольшие комнаты, за которыми парадную анфиладу продолжают галереи. 
Убранство зала составляет резкий контраст с внешним видом дворца. В противовес строгой отделке фасадов внутренний декор отличается невиданной для петровского времени роскошью. Пол вымощен черными и белыми мраморными плитками и напоминает гигантскую шахматную доску. Стены обшиты панелями из темного дуба. 
Над дубовой облицовкой начинается неширокая кромка потолка, отделяющая стены от огромного купола. Потолок украшен лепкой и росписью. Эта богатая, но сдержанная по тону отделка оживляется двадцатью двумя небольшими картинами в лаковых черных рамах. 
Над средней частью зала, словно пышная царская палатка, раскинут купол. Он придает помещению неожиданно большую высоту, праздничность и великолепие. Купол украшен плафоном, в центре которого изображен Аполлон (покровитель искусств) с лирой в руке в окружении фигур традиционных героев итальянской народной комедии XVII века. В углах плафона размещены аллегории четырех братьев-ветров: Зефира, Эвра, Нота, Борея. 
Корзины с букетами цветов, сложные рисунки из листьев, завитков дополняют этот живописный шатер. Его обрамлением служит изящный лепной декор, главным элементом которого является белоснежная драпировка со свисающими вниз кистями. Пышную раму центрального плафона поддерживают с четырех сторон парные алебастровые фигуры, олицетворяющие времена года: девушки с розами на головах и в накидках – Весна; женские фигуры с венками из колосьев – Лето; юноши с гроздьями винограда – Осень; старики в ниспадающих меховых одеждах – Зима. 
Скаты свода декорированы изображением стихий – огня, воды, земли и воздуха. Они представлены в образах мифических богов: Вулкана, Нептуна, Кибеллы и Аполлона. Каждый сюжет дан в многофигурном медальоне и обрамлен гирляндами цветов, листьев, орнаментом. Купол расписывали талантливый художник Ф. Пильман вместе с группой русских живописцев-декораторов, среди которых выделялись М. Негрубов, С. Бушуев и Ф. Воробьев. Лепка на потолках выполнена по моделям и рисункам К. Растрелли. 
Меблировка зала состоит из простых тяжелых стульев и большого овального раскидного стола, напоминающего о том, что помещение служило также столовой и местом официальных торжеств. Об этом свидетельствует и стоящий на столе хрустальный кубок емкостью 1 литр 125 граммов. На нем выгравирован вензель Петра, царские регалии с мечом, звезда андреевского ордена и двуглавый орел. Латинская надпись на кубке: «Доброе дело в конце концов торжествует» – выражала мысль о победе Петра над Карлом XII. 
Этот кубок принадлежал к тем «орлам», которые преподносились на петровских ассамблеях провинившимся гостям. К Центральному, или Парадному, залу примыкают с востока Лаковый кабинет, Кухня и Буфетная. Лаковый кабинет представляет из себя небольшую комнату, расположенную со стороны сада. Стены кабинета украшены 94 лаковыми панно. На липовых досках по черному фону цветными лаковыми красками, золотом и серебром художники изобразили сцены из китайского быта. 
Золоченая деревянная резьба служила обрамлением живописных картин. На рамках между панно помещены 136 резных полочек, поддерживаемых разнообразными фигурками: крылатыми сфинксами, мальчиками-музыкантами, ажурными раковинами и листьями. На полочках помещены фарфоровые чашечки с цветной росписью. Лаковый кабинет – первый русский музей редчайшей в петровское время «порцелиновой» посуды – китайского фарфора. 
Прекрасный плафон с изображением нимфы и бога вина Вакха дополняет убранство комнаты. Кабинет, названный «Лаковой каморой», напоминает большую шкатулку, оформленную по рисункам архитектора И. Браунштейна. Роспись осуществлялась лакового дела мастером И. Брумкорстом и подмастерьями И. Тихановым, П. Федоровым, И. Поляковым и Н. Никифоровым. Следующие две комнаты – Кухня и Буфетная – имели в петровское время явно символическое значение: пища для царя и его гостей готовилась в специальных зданиях, расположенных к востоку от дворца. Стены и очаг Кухни облицованы небольшими квадратными кафлями. 
Они расписанны по белому фону синей краской и покрытыми глазурью. Искусно разрисованные изразцы создают иллюзию красочной живописной поверхности. На плитках изображены замки с башнями, маленькие домики, ветряные мельницы, сельские пейзажи и бытовые сценки из голландской жизни. В Кухне выставлена коллекция медной утвари начала XVIII века, оловянные блюда английской работы. Дверь из Кухни ведет в Буфетную, когда-то предназначенную для хранения сервизов и столового белья. 
В Буфетной экспонируется коллекция художественного стекла русской работы первой четверти XVIII века. С запада к Парадному залу примыкают Морской кабинет, Спальня и Секретарская. Морской кабинет с окнами, выходящими на залив, был особенно дорог Петру. Отсюда открывался широкий обзор на просторы моря и можно было рассматривать маневры флота. Панели кабинета украшены изразцами, на которых изображены 13 типов парусников, использовавшихся в русском флоте в царствование Петра I. 
Как и кирпич, из которого выложены стены дворца, изразцы изготовлены на стрельнинских кирпичных заводах. В петровскую эпоху изразцы являлись одним из самых распространенных материалов для облицовки дворцовых интерьеров. Кроме того, Морской кабинет декорирован дубовой обшивкой и картинами. Далее расположена Спальня, где выставлены личные вещи Петра I: одежда, походная кружка, умывальный прибор. К ней примыкает Секретарская, в которой находился дежурный денщик для особых поручений царя. 
Узкие простенки залитых светом галерей облицованы дубом. Потолки покрыты нарядной росписью – изображением вакханок, амуров, страусов, гирлянд. Пол, как и в Парадном зале, вымощен белыми и черными мраморными плитами. Во всех помещениях «Монплезира» находилась собранная Петром I большая коллекция живописи голландских и фламандских художников XVII – начала XVIII века. Это была первая картинная галерея в России. 
Во время своих поездок в Голландию Петр I посещал выставки, аукционы, знакомился с художниками. Больше всего он интересовался морскими пейзажами и был лично знаком со знаменитым маринистом Л. Бакгейзеном, а у другого мариниста – А. Сило, по профессии морского инженера, он учился черчению. В 1716 году царь договорился с художником-портретистом и торговцем картинами голландцем Георгом Гзелем и его женой Марией, тоже художницей, чтобы они скупали картины для отправки в Россию. 
Значительная часть приобретенных за границей полотен была помещена в дворцах Петергофа. В августе 1722 года последовал указ Петра «сделать в Монплезире по обе стороны в галереях рамы липовые столярною работою к разным картинам, а в них вставить резные узкие рамы. Большие рамы покрыть черною краскою, а малые резные вызолотить против модели». Скомпонованные таким образом рамы были вмонтированы в дубовую облицовку стен. 
В реестре имущества «Монплезира» за 1728 год показано, что во дворце находилась 201 картина, не только «в черных золоченных рамах», но и подвешенных на стенах «на лентах алых». Среди них было четыре иконы древнего русского письма. 
Коллекция живописи, находившаяся в «Монплезире», не дошла до нас целиком. Некоторые картины были утрачены еще в XVIII веке, погибли из-за сырости, переданы в другие дворцы и т. п. Первая подробная опись коллекции была составлена по указанию императрицы Елизаветы, посетившей «Монплезира 8 июня 1746 года. 
Кабинет-секретарю Я. Бахиреву было приказано: «…имеющиеся в Петергофе в том Монплезире и в прочих местах все картины описать и для лучшего оных сохранения, чтобы всегда были в надлежащих своих местах в целостности, припечатать каждую». Такой указ был вызван тем, что во время осмотра дворца Елизавета не обнаружила многих картин, приобретенных при жизни ее отца, в том числе картину, купленную за 6 тысяч рублей, на которой «изображен котел, а при том старой мужик и баба рыбу чистят». 
Из сохранившихся картин, купленных Петром I и вывешенных в Парадном зале, наибольший интерес представляют полотна Адама Сило: «Корабли на рейде», «Суда на пристани», «Городской рейд». Художник дал столь тщательную прорисовку деталей кораблей, что царь по ним производил экзамены своим пансионерам, возвращавшимся из-за границы, где они изучали навигацию и кораблестроение. 
После смерти Петра I дворец использовался для дипломатических приемов и для других официальных церемоний. Задуманная Петром I Академия наук была открыта в конце 1725 года, когда царя уже не было в живых. Недостаток русских ученых заставил правительство приглашать в Россию иностранцев для организации высшего образования и научной работы. 15 августа 1725 года императрица Екатерина I торжественно принимала в «Монплезире» только что приехавших в Петербург первых членов Академии наук. 
Среди них были и выдающиеся математики Бернулли и Леонард Эйлер. С середины XVIII века дворец сохранялся как династическая реликвия, связанная с памятью Петра I. Он не перестраивался, а внутренняя отделка его не искажалась. В одной из своих статей за 1845 год В. Г. Белинский указывал, что первые сооружения Петербурга – домик на Петербургской стороне, дворец в Летнем саду и «Монплезир» в Петергофе – относятся к самым почитаемым реликвиям отечественной истории. 
Небезынтересно, что «Монплезир» запечатлен в творчестве известного русского художника Н. Н. Ге. В 1870 году, работая над картиной «Петр Первый допрашивает царевича Алексея Петровича», Ге побывал в Петергофе. Сюжет картины относился к наиболее драматическому событию в жизни Петра I. 
Царевич Алексей – сын Петра I от его первой жены Евдокии Лопухиной – не только не стал помощником отца в его энергичной деятельности, но и оказался замешанным в реакционном боярском заговоре против царя, против всех его преобразований. Петр сурово и решительно подавил заговор, не пощадив собственное сына, ставшего врагом его государственного дела. 12 мая 1718 года Петр I допрашивал Алексея, уличенного в измене. 
Как утверждает история, допрос происходил в Петергофе, где Алексею «в помянутых запорных словах дана ему с девкою Афросиньею очная ставка». Картина Н. Ге была написана в 1871 году для Первой Передвижной выставки и имела большой успех. 
После революции дворец был превращен в музей как редчайший памятник русской культуры начала XVIII века. В 1941 году картины, мебель, посуда и личные вещи Петра I, сохранявшиеся в Спальне и Морском кабинете, были вывезены в глубь страны. В период оккупации Петергофа гитлеровцы превратили террасу в огневую точку. 
Они варварски изуродовали дворец, уничтожив его внутреннюю отделку. Дубовые и лаковые панно – бесценные произведения декоративного искусства XVIII века – сожгли. Разбили белоснежные камины и богатые изразцы, украшавшие его комнаты. Уникальный плафон и изумительную лепку Парадного зала оккупанты изрешетили пулями, избрав фигуры в качестве мишеней. При отступлении фашисты пытались совсем уничтожить «Монплезир», заложив в его подвале пять мин замедленного действия. 
К счастью, мины были вовремя обнаружены и обезврежены нашими саперами. Восстановление дворца началось сразу же после войны. Перед реставраторами стояла трудная задача – восстановить памятник в первоначальном виде. Проект реставрации был разработан коллективом Ленинградских специальных научно-реставрационных мастерских под руководством архитектора А. Э. Гессена. 
Кафедра стекла Ленинградского технологического института подготовила образцы стекла по рецептам XVIII века: стекло того времени отличалось несколько волнистой поверхностью и специфически зеленоватым «лунным» цветом. Для дворца было сделано также 5 тысяч кафельных плиток по 50 рисункам. В 1958 году был открыт Парадный зал, а еще через год – Лаковый кабинет. Утраченные панно «Лаковой каморы» воссоздали мастера миниатюрной лаковой живописи из села Палеха. 
Случайно уцелели три испорченные живописные филенки и один обломок. Палешане широко использовали образцы китайского искусства, хранящиеся в Государственном Эрмитаже и в дворцах-музеях города Ломоносова. Под руководством заслуженного деятеля искусств РСФСР Н. М. Зиновьева группа живописцев воссоздала замечательные художественные произведения. К 1960 году была полностью завершена реставрация внутренних помещений «Монплезира», и он снова открыт для обозрения. 
От дворца «Монплезир» в южную сторону тянутся одноэтажные здания – боковые флигели, построенные в 1719 году по проекту И. Браунштейна. Они предназначались для придворных слуг и прибывших в резиденцию царских гостей. Флигели имеют по восемь комнат. Фасады соединены с «Монплезиром» небольшими каменными арками. Со стороны южных цветников через арки открывается вид на залив. Ныне западная арка отсутствует: ее разобрали в 1917 году для расширения проезда в сторону залива. 
С другой, западной стороны «Монплезира» к одноэтажному флигелю примыкает так называемый Екатерининский корпус. Здание построено архитектором В. Растрелли в 1748-1754 годах на месте плодового сада и каменной оранжереи. Имя Екатерины II связано с этим зданием потому, что в деревянном «Чайном домике», стоявшем рядом, она жила летом 1762 года, во время недолгого царствования ее мужа – Петра III. 
Здесь созревал план государственного переворота. Отсюда она бежала в Петербург, чтобы при помощи гвардейцев низложить Петра III и захватить власть в свои руки. Парадные комнаты Екатерининского корпуса были своеобразным филиалом Большого дворца, местом балов, маскарадов и приемов. В 1785-1786 годах Д. Кваренги изменил его внутреннее убранство. Не трогая по фасаду постройку В. Растрелли, он переделал интерьеры всех восьми комнат в стиле классической архитектуры. На протяжении XIX века и до революции каменный корпус пустовал, и только летом, в день выпуска Смольного института, император принимал здесь выпускниц. 
В «Чайном домике» летом проживали лица свиты царя и морские офицеры. В 1926 году в Екатерининском корпусе был открыт музей бытового убранства дворцов XVIII – начала XIX века, где демонстрировались образцы русского и западноевропейского прикладного искусства: мебель, бронза, фарфор. В одном из залов был выставлен Гурьевский сервиз, состоявший из 4500 предметов (сделан на императорском фарфоровом заводе в начале XIX века, при участии известного скульптора С. С. Пименова). 
Гурьевский сервиз, названный так по фамилии директора завода Гурьева, был одним из самых больших праздничных дворцовых сервизов. На его тарелках, вазах, чашках были изображены виды городов России, представители различных народностей, бытовые сцены. В 1942 году гитлеровцы сожгли Екатерининский корпус и «Чайный домик». В 1952 году фасад корпуса реставрирован. Перед зданием установлена мраморная статуя Екатерины II работы неизвестного скульптора второй половины XVIII века. Если мы выйдем на приморскую террасу «Монплезира», то прежде всего увидим статую бога морей Нептуна. 
Это одна из первых металлических скульптур, изготовленная неизвестным русским мастером начала XVIII века. Надпись славянской вязью сообщает о весе статуи – 24 пуда 25 фунтов. Переданная из Артиллерийского музея в 1932 году, статуя удачно дополнила скульптурное убранство парка. С восточной стороны «Монплезира» к флигелю примыкают уступами три каменных одноэтажных здания. Наибольший интерес из них представляет Ассамблейный зал, построенный в 1726 году по проекту архитектора М. Земцова и окончательно оформленный в 1748 году В. Растрелли. 
Зал был украшен шпалерами Петербургской шпалерной мануфактуры с аллегорическими изображениями стран света – Африки, Америки, Азии. Сюжеты малых шпалер, расположенных между окнами, исполнялись по рисункам художника Ф. Пильмана и были тематически связаны с плафонной росписью дворца «Монплезир». Яркий живописный плафон, золоченые рамы тканых картин, дубовая обшивка оконных проемов дополняли праздничное убранство зала, предназначенного для общественных увеселений. Поврежденный во время Великой Отечественной войны Ассамблейный зал восстановлен в 1956 году. 
Разработчик:Территория SlavSSoft